papa_gen (papa_gen) wrote,
papa_gen
papa_gen

This journal has been placed in memorial status. New entries cannot be posted to it.

Притча семнадцатая. Как врач-стоматолог Игорь Иванович брата с праздником поздравлял



Бывая в разных странах, я, по примеру первопроходцев наших, Лисянского и Крузенштерна, Миклухо-Маклая опять же, подмечаю не только порядки и государственные установления, водруженные Провидением среди мирно пасущихся народов, но также обычаи и нравы тамошних обывателей. Результаты своих обсерваций заношу в особые книжки, которые чаю издать со временем в виде отдельного этнографического пособия. Прозреваю в сем деле обильные прибытки себе и немалую пользу для пылкого юношества.

В самом деле, превеликого удивление достойно то разнообразие темпераментов и характеров, привычек и ужимок, присущих человекам, населяющих внешние по отношению к отечеству нашему государства. Везде ты видишь особую физиономию, свою, можно сказать, личину. И даже порой сомнение берет: «А люди ли это, сделаны ли они из того же теста, что и мы?» - столь велики их различия с природным россиянином.

Вот, положим, финны. Уж на что народ вроде близкий, соседский даже. А говорит на таком непонятном языке, что хоть сто лет учи, не выучишь. Все, что запомнишь: «Елкала-палкала». Ну, еще некоторые, особо в филологии продвинутые понимают: «Перкеле», и некоторые даже на этот древне-мифический клич отзываются.

А уж как пьют финны. Уж как пьют! Нет, вы определенно не видели, как пьют финны. Более могучих людей в сем вопросе мне и видеть не доводилось. Ну, бутылка питательной водочки, ну, другая. Это еще как-то примиряет с действительностью. Но чтоб еще и третью хлобыстнуть… Хлобыстнуть и так отважно прямо под стол побледневшим хлоп… Впрочем, есть и такие, что и из четвертой себе «прицеп» прихватывают.

Вообще прогулка по Хельсингфорсу пятничным вечером открывает глаза на не до конца еще изученные возможности человеческого организма. В каких только позах не застаешь милых и трудолюбивых детей Сампо. Кажется, что все уже видел и все уже знаешь. Ан нет, новая скульптурная композиция со всею непреклонной очевидностию говорит тебе, что мало ты еще пожил на белом свете, мало познал неисчерпаемую человеческую натуру.

Вот, судя по всему, отважный банковский работник изобразил из себя некое подобие моста или арки – ноги его находятся на земле, пятая точка на лавочке, а голова и руки пребывают на травке, но уже с другой стороны лавки. А вот группа из трех товарищей инженерной наружности, стоя на четвереньках и упершись в друг друга головами, пребывает в состоянии самой глубокой дремы, находя таковое положение наиболее естественным для восприятия сновидений. Хотя, надо сказать, есть картины и привычные русскому взгляду. Обнимающих деревья и столбы полно. Некоторые из граждан совершают вкруг оных столбов променады, отбрасывая от себя причудливые тени и обильно удобряя почву продуктами своего метаболизма.

И никто, заметьте, никто не делает большие глаза и не кричит возмущенно: «Как можно?», призывая полицию немедленно навести порядок. Все понимают, что люди мирно отдыхают после бурной недели, полной стрессов, трудовых подвигов и энтузиазма. Да и полицию звать особо не нужно. Вон, стоит молоденький ленсман, охраняя безмятежный покой прикорнувших сограждан. На тот случай, если какой шаромыжник, заглянувший ненароком из Швеции, не захочет поправить свое финансовое положение за счет карманов слегка подгулявших финнов.

И если вглядеться в глаза этого блюстителя порядка, то видишь, с какою оттаеною мукою взирает он на своих соплеменников, как хочет быстрее смениться с поста и присоединиться к этому, без сомнения, великолепному братству. И никакого желания волочь людей в участок, а уж тем более проявлять при этом административный раж в виде подзатыльников, пинков и подзаборной ругани, а именно этим и сопровождается обыкновенно реализация желания деликатных личностей убрать «помет» с улицы, этот самый юный полицейский не испытывает . И только зимою, в лютые финские морозы, ленсманы таки начинают собирать своих окоченевших от водки сограждан в охапки и грузить их в машины, но исключительно в видах избежать обморожения у празднующих наступления выходных.

Так что даром грешат на англичан, как на самых превеликих выпивох, какие только есть на свете. Первые тут, безусловно, финны. Хотя, надо честно признать, что по пьяному мордобою англичане точно впереди планеты всей. Оно и понятно. Если финны пьют исключительно вкусную водочку, полученную ими в дар от просвещенных русских, то англичане пьют, не пойми что. Да еще и мешают. Пиво с водкой и виски, да еще и коктейли всякие мутят.

Кто-то по простоте душевной считает, что виски и пиво есть национальные напитки Англии. Ничуть не бывало. Пойло по имени коктейль их национальный напиток. Они даже рекорд по нему установили. Известно, что самый большой в мировой истории коктейль замутил в 1694 году английский верховный адмирал Эдвард Рассел, устроивший в своем саду некоторым образом изысканный аттракцион для морских офицеров.

В чаше фонтана на небольшом деревянном каноэ плавали бармены и наполняли бокалы гостей. Более того, они работали маленькими сменами по пятнадцать минут, чтобы не опьянеть от паров и не свалиться за борт. Гулянка продолжалась целую неделю, и лишь изредка прерывалась во время дождей, когда над фонтаном натягивался тент, чтобы вода не разбавила источник благодати. Веселье длилось до тех пор, пока фонтан полностью не иссушили.

Это теперь англичане по пьяне только морды бьют и чуть-чуть головы друг дружке пробивают, так самую малость, но во времена сурового адмирала Эдварда Рассела нравы у английской публики были куда жестче и отважнее. Только попытка вообразить себе картину героических бесчинств, творившихся в адмиральском саду и его окрестностях в процессе осушения этого поистине чудодейственного фонтана, заставляет изнеженное сердце современного человека пугливо сжаться. Волосы же сами не только принимают вздыбленное состояние, но еще и стремятся заплестись в косички. Такая жуть берет. А уж та великая суш, что постигла всех отправившихся после этого увеселения в Большие Англицкие Бодуны, просто заставляет содрогнуться от ужаса, учитывая сколь склонны англичанские организмы к состоянию похмелья и как беспомощны их обладатели на следующий день после добрых посиделок в пабе.

Хотя, конечно, есть и другие англичане. Из той самой старой доброй Англии, что так прочувственно вспоминают, сморкаясь в надушенные платочки, впавшие в англичанство россияне и россиянки. Этакие проницательно-добродушные миссисы Марплы, бравые капитаны Гастингсы и утонченные инспекторы Морсы. Милые, добрые люди, что не прочь иногда пригласить тебя испить с ними чашечку пятичасового чая и закусить дежурным кексом, что уже второй год дожидается акта своего съедения в старом, как стены дуврского замка, комоде.

Беседа течет легко и непринужденно, вертясь в основном вокруг друзей и общих знакомых. В процессе неторопливой беседы ты познаешь о людях, тебя окружающих, такие подробности, что кровь сама останавливает свое течение в жилах. Вот, положим, милый джентльмен, с которым ты каждое утро здороваешься у входа в «трубу», оказывается вовсе не так уж и мил. Служит налоговым инспектором и, по слухам, таки засадил за решетку двух вполне уважаемых настоящих джентльменов, благомысленно укрывавших большую часть своих состояний в Лихтенштейне. А древняя бабуся, что выгуливает шесть кошек, вероятно, является террористкой, которая хочет натравить своих питомцев на окружающее ее население.

И все это говориться таким очаровательно-задушевным тоном, с такой ласково-проникновенной улыбкою, что сразу и бесповоротно веришь. И уже оказавшись на улице, начинаешь думать о том, а что же такое эти добросердечные и благожелательные люди рассказывают про тебя.

Нет, что ни говорите, но сообщество сумрачных тевтонов мне более по душе. Все у них проще, естественнее как-то. Никто тебе позавчерашний пудинг не поднесет. Пища здоровая и крепкая – колбасы, шпикачки, сосиски, опять же свиные ножки под пивной глазурью. Пиво легкое и светлое. Беседа течет непринужденно. Слышны румяные шутки и здоровый смех. Все заканчивается пением народной песни, слов которой уже никто не помнит, и мерным покачиванием телами из стороны в сторону и размахиванием пивными кружками над головой. Говорят, что некоторые, особо экспрессивные натуры, иногда все-таки применяют кружки по прямому назначению, т.е. по головам, но я такого не видел, врать не буду.

Правда, немцы в своем стремлении к простоте совсем уж прогрессисты. Не помню случая, чтобы кто-то из компании, отходя по разным надобностям, четко и внятно не сообщил об этом присутствующим, часто конкретизируя, за какой именно надобностью он отходит, а по возвращении не отпустил приличествующую сему походу шутку. По непонятной мне причине таковые шутки обычно встречаются на «ура» и сопровождаются веселым и заливистым смехом.

Я лично нахожу этому только то оправдание, что, вероятно, все знакомые мне немцы в душе есть последователи французского мыслителя Мишеля де Монтеня, однажды сказавшего, что он не знает ни одного человека, который, сходив «по большому», не обернулся бы посмотреть на плоды трудов своих. Такой вот проницательный человек был, этот философ Мишель де Монтень.

Я, кстати, бывал в его замке. От Мишеля де Монтеня осталась его башня, где он собственно жил и творил свои бессмертные «Эссе». И там даже потолок сохранился, что он сам придумал. На каждой балочке аккуратно написаны творенным золотом изречения греческих и римских мудрецов. Но, пожалуй, самое монументальное место в башне даже не его комната, и даже не часовня, где его и отпевали, а клозет, также созданный по его проекту. Всем клозетам клозет, доложу я вам! Глядя на такой монументальный во всех смыслах клозет, ничуть не сомневаешься, что принадлежать он мог только самому основательному французу.

Хотя, нужно сказать, что современные французы далеко ушли в своем мироощущении от дедушки из замка. Тот так на судьбинушку не жаловался, да и любопытства по поводу чужих прибытков не испытывал. А вот современные французы…

Вот у немцев, например, считается великим грехом спрашивать-вызнавать у других про доходы. Спросить человека, какая у него зарплата, грех куда более страшный, чем громоподобно пустить ветер на званом ужине у какого-нибудь барона или графа. А у французов это не то что в порядке вещей, а просто даже неприлично не отвечать на этот вопрос. И все прямо-таки наперебой хвалятся, как они мало получают и как плохо живут.

Представляете, целый народ, любимое занятие которого это – стенания по поводу своей беспросветной жизни. Сидят в шезлонгах на берегу Атлантического океана, поедают только что выловленные, пищащие устрицы, обильно поливая их свежевыжатым лимонным соком и запивая тонкими бордосскими винами, и клянут почем зря судьбу! Прямо в оторопь бросает!

Мне даже рассказывали историю про одну влюбленную пару, которая во время своих свиданий большую часть времени проводила не за ужином при свечах, а за романтическим выяснением того, кто из них в итоге на руки получает меньше денег. В ход шло все – налоги, выплаты по кредиту за автомобиль, квартплата, поход к парикмахеру – как же, ведь это же экстраординарное мероприятие. Думаю, эти математические упражнения добавляли определенную пикантность их встречам.

Самое страшное произошло после свадьбы. Вдруг выяснилось, что каждый из них нещадно занижал свои доходы. Разумеется, была семейная сцена, полная страсти и заламывания рук, с истерическими воплями: «Как мы теперь пойдем в гости? Нас же не примут в приличном обществе!» Дело чуть не дошло до развода, но как-то все устаканилось. Теперь они счастливо живут вместе, наплодив уже трех детишек, рассказывая, закусывающим от зависти губы соседям и знакомым, как умудряются прожить всей этой оравой на 50 евро в месяц, остающихся после всех вычетов и экстраординарных расходов.

Так что вот такие чудеса на ниве занимательной этнографии открываются. Прямо даже и не знаешь, как все это трактовать, и какие теории выстраивать. Тем более, что и дружки-приятели богато информации подкидывают.

Вот, положим, врач-стоматолог Игорь Иванович недавно с братом разругался. Тоже на этнографической почве. У него брат в немцы записался, из Ивановичей переписал себя в Иоганновичи. Записался, да и свалил в Германию.

И таким там записным немцем стал! Мама не горюй, да и только. Все что немецкое у него супер-пупер, а все российское чуть ли не из гуана сделано. И так он братца старшего допек, что тот ему много хороших и правильных слов сказал. А тот как такое услыхал, аж с досады трубку телефонную бросил. И даже потом две недели трубку не поднимал, когда брат звонил. Ну, помирились как-то, всеж-таки братовья, но Игорь Иванович придумал-таки, как брательнику отомстить за все свои беды-печали. Взял да и позвонил брату 9 мая и поздравил его с Днем Победы!

Вот такая высокоморальная и изряднопоучительная для пылкого юношества история произошла между врачом-стоматологом Игорем Ивановичем и его братом на этнографической почве.
Tags: Притчи
Subscribe

  • А загадка проста!

    Нужно было вместо Зурабова держать в Киеве вменяемого посла, и вместо подготовки и проведения пасмурной олимпиадыв Сочах заниматься вопросами…

  • Про леонтьевскую фотокарточку

    Пишу в стиле "не любо - не слушай, не нравится - не кушай" Я скажу так: без проведения экспертизы на предмет того, является ли фотокарточка…

  • Очень любопытный феномен

    Любопытный феномен. У многих поляков, не у всех, ноу значительного числа, появилось уважение к России как стране. Если раньше было в целом…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 27 comments

  • А загадка проста!

    Нужно было вместо Зурабова держать в Киеве вменяемого посла, и вместо подготовки и проведения пасмурной олимпиадыв Сочах заниматься вопросами…

  • Про леонтьевскую фотокарточку

    Пишу в стиле "не любо - не слушай, не нравится - не кушай" Я скажу так: без проведения экспертизы на предмет того, является ли фотокарточка…

  • Очень любопытный феномен

    Любопытный феномен. У многих поляков, не у всех, ноу значительного числа, появилось уважение к России как стране. Если раньше было в целом…