papa_gen (papa_gen) wrote,
papa_gen
papa_gen

This journal has been placed in memorial status. New entries cannot be posted to it.

Притча девятнадцатая. Как молодая семейная пара кино смотрела



Хочу, как на духу, поделиться одной печалью. Она назрела. Налилась, можно сказать, вкусом, цветом и соком. Упасть даже норовит. Того гляди, прохожего какого ненароком по кумполу грохнет. А это, доложу я вам, весьма прискорбное явление, когда иная из моих светлых печалей или, того хуже, скорбей мимохожего человека по кумполу бьет.

Тут и до катаклизма не долго. Да какое долго? Практически рядом. Хорошо, если это чей заезжий дядя-полярник с обветренными щеками и декоративными зубами, такой может и стерпит встречу с моей печалью. Сожмет только крепче свои губы, соберет в кулечек ненароком выпавшие зубы, и пойдет себе по своим делам дальше, мучимый содрогающим всю натуру его вопросом: «Что это было?»

А как натура романтическая подвернется? Студентка там первого курса, или того хуже дева-доцент Курского университета, несколько лет коллекционирующая осенние букеты, заботливо раз в две недели смахивая с каждого листика пыль. Таковым барышням под мою печаль, пусть и светлую, попадать нипочем нельзя. У них полное крушение идеалов приключиться может. Веру в человечество потерять ненароком могут. Впадут еще, не приведи Господи, в упадок нравов, водку с незнакомыми гражданами пить начнут, шумно занюхивая ее родную своими шиньонами.

Посему, во избежание катастроф, моральных и физических увечий, привык я свои печали выплескивать окружающим по мере созревания оных. Пока они еще угрозы для общества не представляют, и могут, подобно змеиному яду, не только смертные пустыни вкруг себя создавать, но служить лекарством, лечащим язвы человеков.

Уже давно я слышу стоны. Стоны про загнивание кино, его упадок, и разложение. Дня не проходит, чтобы какой-нибудь провинциальный киновед или киноведиха, а в России все киноведы провинциальны, не залез бы, звеня заслугами и регалиями, на трибуну и не провещал оттуда про смерть кино, про упадок режиссуры и никчемную игру актеров. Утратило, мол, кино власть над умами и впало в ничтожество. Нет задора, энтузиазма, сверхзадачи. Не видно, мол, талантов и гениев, вроде Хичкока, Бела Лугоши или, на худой конец, Спилберга и Марчелло Мастроянни. А те, что и были, типа Михалкова, наснимав свои «Неоконченные пьесы» и «Рабы любви» и получив Оскары, утащили свои наградочки в уютные домики, развесили их на стеночке, а сами предались безудержному стяжательству.

С последним доводом наших киноведов я полностью согласен. За деньги можно совершать только плохие и гадкие вещи. Каждому же известно, что деньги - это зло. И они делают злом все, с чем соприкасаются. А любое доброе и честное дело может совершаться исключительно бесплатно. Думаю, им надлежит разъяснить это Никите Сергеевичу, и он, несомненно, расшвыряв все свои деньги, положив зубы на полку и одевшись в дерюгу, снимет нам еще не один десяток киношедевров. Снимет и помрет в блаженстве, почете, любви и уважении, став на долгие десятилетия источником пропитания не для одного поколения пылких кинокритиков и историков искусств, которые с упоением будут рассказывать нам и нашим потомкам, как и под каким углом надлежит смотреть фильмы Мастера.

Да и самого Никит Сергееча мы уж не забудем тогда. Бережно возьмем его иссохшееся, чуть весомое гениальное тело, слегка мумифицируем, роскошно оденем, подкрасим, где надо, и будем наподобие Инки возить по разным кинофестивалям и прочим увеселительным мероприятиям европейских бездельников с бездонными карманами. Они в Каннах на набережной в шезлонгах сидят устрицы и пирожные гран-жози поедают, запивая их Мадам Клико, а мы перед их носами наше национальное достояние в паланкине носим.

– Падайте, гады, на колени! – кричим. – Ишь, стервозы, зажрались! Не видите, подлецы такие, гения синематографа вам на погляд привезли.

И пока все эти изнеженные толстосумы с испугу ниц валяются, мы, знамо дело, так споро в свои загодя припасенные корзинки и лукошки всю снедь с их столов сгребаем. Угу. На помин души кинематографического титана.

Ну, а потом, вечером, все богатеи Лазурного берега валом валят на сеанс «Урги», где, проливая жгучие слезы, разом осознают всю никчемность своего бытия, испытывают нравственный катарсис и, отдав все деньги Союзу правильных кинематографистов России, отправляются босиком в паломничество по святым местам, где ступала нога праправнука княжны Елизаветы Голицыной.

Однако, если говорить суриозно и без ложного пафоса, критики всеж-таки лишку хватили со смертию кинематографа. Заумь на них какая нашла или помрачение рассудка, не знаю, но вполне даже кино живо и активно на жизнь человеков влияет. Да еще как влияет. Жуть берет от того, как влияет.

Они, я думаю, даже знать не знают, ведать не ведают, какой самый популярный главный герой игрового кино. Нет, не актер, а именно герой. Кто-то скажет, что Джеймс Бонд, кто-то особо умный Гамлета, может, помянет, и никто правильно не ответит. А еще в критики себя записали, статьи-книжки пишут.

Самый популярный герой игрового кино – сантехник! Да-да! Он, родимый. Скромный труженик вантуза и разводного ключа, всегда имеющий в своем заветном чемоданчике нужную прокладку и уплотнение из ленка. Сколько добрых дел он совершил! Скольким подарил, не побоюсь таких слов, счастье и сладостные минуты.

Вот недавно читал в прессе, что в Гонконге начали по новой судить одну американку, что ухайдакала собственного муженька, между прочим, миллионера и тоже американца. Он в Гонконге был знатный международный аферист. Ну, теперь это модно и даже почетно международным аферистом-то быть.

Вот они, значит, в Гонконге жили, он аферами занимался, а она при нем состояла. Ну, хозяйство вела, суп варила, носки штопала. То-се. Короче, сполняла супружескую должность. Только вот как-то ей там в Китае тоскливо стало. Не знаю, может, климат не по нраву, или обилие китайцев, врать не буду. Вот она как-то раз спросила у муженька мнение и мотанула на вакацию в Америку. Дом подремонтировать-подкрасить, рамы покривившиеся заменить, да мало ли забот у жены миллионера.

Вернулась, как помолодела. Даже взгляд лучистый такой стал. Порхает как бабочка. И даже китайцы ничуть ее приподнятому настроению не помеха. Прямо даже не видит их.

Ну, а дальше пошло-поехало. Месяц в Гонконге, месяц в Америке. Дом красит и рамы меняет. Домовитая такая супруга. Только муженька домовитость это в любопытство ввела. Что, мол, за притча каждый месяц дом перекрашивать? Так и стены от обилия краски рухнуть могут. Нанял он дефектива. Угу. За женою приглядеть, не нарушает ли она от домовитской усердности СНиПы. Не будет ли ущерб дому какой.

И вот получает он от дефектива евтого письмецо бандерольное, а в письмеце фильмец. Да не простой такой фильмец, а такой, что этим шпиёном скрытой камерой снят. Этот прожженный прихвостень снял документальную картину о том, как миллионерова жена занимается атлетическими упражнениями с сантехником. Да так занимается, что германским медсестрам, а они в таковых упражнениях с сантехниками толк знают, очень даже далеко до миллионеровой супруги.

Ну, понятное дело, когда она опять воодушевленной вернулась, аферист этот ей фильмец и выкатил. Деванька сразу просекла, что с такой кинематографической карьерою ее любой суд без выходного пособию разведет, и нифига она от своего благоверного не получит. Не долго думая, взяла бамбуковую палку, что в видах фен-шуя у них в гостиной стояла, да и забила сердешного ею. А потом пыталась его в унитаз спустить…

Такая вот жалостливая история на почве увлечения фильмами про сантехников. Я даже, когда читал, скупую слезу ненароком обронил. Однако из сей истории мы со всею очевидностию видим, что кинематограф не только не умер, но даже формирует, как говорят ученые, матрицу взаимоотношений индивидуума с внешним миром.

Хотя, должен сказать, что фильмам про сантехников и их клиенток еще расти и расти надо. Как-то у них драматургия хромает. С актерскою игрою все в порядке, даже иногда восторг берет, даже в восхищение от атлетических способностей приходишь. Режиссура не плоха, видно, что с актерами работали, поясняли им их сверхзадачу в конкретных обстоятельствах. Операторы всегда на высоте. И такие ракурсы и сякие, даже такие, что не понятно, а как оператор-то туда залез, как он вообще там очутился. А вот со сценариями, с драматургией просто беда.

Вот как идет сюжет типичного фильма про сантехника? Правильно! Потек кран, иногда канализация засорилась. Это называется в литературоведении экспозицией. Хозяйка вызывает сантехника. Он приходит и тут начинается флирт. Это – завязка. А дальше сюжет развивается довольно плавно, завися во многом от атлетических способностей исполнителей главных ролей и той сверхзадачи, что поставил им режиссер. Ну, еще диспозиция изюминку порой придает. Но в целом дело движется к развязке.

Но где же кульминация? Где боковые сюжетные линии, что так усиливают напряжение главного сюжета, придавая ему особую остроту, динамизм и блеск? Где все это? Такое впечатление, что сценаристы фильмов про сантехников даром едят свой хлеб.

Вы представляете, какими бы красками заиграл такой фильм, если бы в тот момент, когда сантехник намазывает самые дерзкие и соблазнительные места хозяйки клубничным конфитюром, в комнату ворвался бы Главный санитарный врач Онищенко и со словами: «Этот конфитюр не прошел фито-санитарный контроль», - облил хозяйку дезинфицирующим раствором! Вот это я понимаю острота и драйв!

И сразу начинается детективная часть сюжета, в ходе которой выясняется, что муж хозяйки воротила контрабандного бизнеса по поставкам на российский рынок левого конфитюра и маринованных кочерыжек. А потом ошарашенный зритель узнает, что сантехник вовсе даже и не сантехник, а тайный агент фито-санитарного надзора, выводящий на чистую воду нехороших жуликов.

Пара-тройка убийств проходит в привычно-будоражащем ритме боевика. Финальная погоня на аэростатах заканчивается захватом главного злодея – мужа. Порок наказан, добродетель торжествует. Коварный контрабандист, размазывая по щетинистому лицу ручьи слез, пишет в казематах местной СЭС явку с повинной. Агент-сантехник получает из рук Онищенко медаль и под чарующие звуки марша Мендельсона ведет свою возлюбленную в ослепительно белом свадебном платье с весьма смелыми вырезами спереди и сзади в ЗАГС. Все счастливы! И бонусом зрителю достается оглушительный каскад акробатических упражнений первой брачной ночи. И за кадром звучит бархатистый баритон Ивара Кальнинша: «Чарующий аромат кофе!»

Вот это я понимаю. Такой фильм просто обречен на бешенные кассовые сборы. Мальчишки, не смотря на строгие предупреждения «Детям до…», будут тайком проникать в залы. Влюбленные пары будут стоять в бесконечных очередях, а седовласые старушки будут лить умильные слезы, вспоминая и свою романтическую юность.

Или другой вариант развития сюжета. Только они слились в жарких объятьях на кухонном столе, как, трах-бах-тарарах, на Землю падает гигантский метеорит. И кусок суши, где стоял ее дом, оказывается заброшен в самые дальние океанские дали.

И они понимают, что нужно как-то жить. Что, может быть, они единственные оставшиеся люди на планете. И вот он берет в руки мотыгу и в поте лица своего вскапывает огород, сажая в нем всякую нужную и полезную огородину, строит он и некое подобие челна и ловит в море гигантских марлинов и прочих водных гадов. И все это несет к ее столу.

А она прядет пряжу, ткет и белит холсты, шьет ему и себе пусть и простую, но крепкую одежу, варит борщ и щи, воспитывает ораву детишек, что они прижили за кадром. И зритель видит их незамысловатую, полную тягот и невзгод, но исполненную глубокого космогонического смысла жизнь праотца и праматери нового человечества.

А еще он, Сантехник, по вечерам строит канализацию. Ибо он знает, что там, где есть канализация, там есть и цивилизация. Так его учили когда-то давно, в другой жизни. И он знает, что как только он построит канализацию, сразу наступит новая эра – эра новой человеческой цивилизации. Пусть и маленькой, но потенциальной могучей.

И вот он достроил ее, эту самую канализацию. Проложил до берега и усталый лег на пляже. И к нему спускается Хозяйка и на лице ее счастливая улыбка. И страсть колышет ее грудь… И под чарующие волшебные звуки музыки они сливаются в экстазе на фоне прекрасного заката. И дарят истинных ценителей атлетизма целой серией таких поз, что ни в сказке сказать, ни пером описать. И еще чей-то знакомый голос говорит за кадром: «Мы понимаем заботы наших клиентов»…

Да такой фильм соберет все мыслимые и немыслимые призы на всех фестивалях мира. Все деятели арт-хауса будут просто скрежетать зубами от злости, рвать на себе волосы и проклинать тот момент, когда решили стать кинематографистами.

Но должен сказать, что с атлетическими фильмами осторожней нужно быть. Последствия их просмотра не всегда благотворны и ожидаемы. Это особенно пылкое юношество помнить должно, а не то ждет их разочарование и даже, страшно сказать, полное отриновение искусства кино. А это в свою очередь льет воду на мельницу российских провинциальных кинокритиков.

Вот у нас пара молодоженов накупила несколько дисков с фильмами молодоженско-атлетической направленности и стала их смотреть, опыта атлетического набираться. Набирались, набирались, а потом и сами решили некоторые упражнения повторить. Но тренировки-то ведь никакой же не было. Итог понятен и закономерен – она в больнице с вывихами обоих нижних конечностей, он – с переломом руки тоскливо бродит. Спрашиваем его, какие позы-то хоть были, по-доброму так спрашиваем, с теплотою в голосе. Не отвечает. Смотрит так угрюмо, исподлобья и молчит. А чего ему не молчать? Чего же ему не молчать, когда у него еще и челюсть вывихнута.

Вот такая весьма поучительная для пылкого юношества история приключилась с молодой семейной парой.
Tags: Притчи
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 32 comments