papa_gen (papa_gen) wrote,
papa_gen
papa_gen

This journal has been placed in memorial status. New entries cannot be posted to it.

Categories:

Про детские мечты



Грустно мне и зело печально! Толико печально, будто пудовая верига висит, раскачиваясь, на сердце моем. Ужас леденит душу, уши шевелятся сами собой, а глаза вращаются в разные стороны. И тому есть веская причина. Причина, имеющая такой вес, что и придавить непривычного человека собой может, остановить в нем движение умственных соков, погрузив даже не в деменцию, но в изумление на всю оставшуюся жизнь.

Случайной оказией узнал, что вирус пацифизма столь глубоко проник в наш социум, что дети, эти наши надежда, защита и опора в дряхлой старости, перестали играть в войнушку. Не знаю там, как в "дочки-матери", но в войнушку не играют - факт. Подумать только, великая игра, где главным было не убить понарошку как можно больше противников, а доказать хотя бы одному, что ты его убил, канула в Лету! Мы потеряли целый пласт культуры и потеряли безвозвратно! А вместе с этой игрой мы потеряли хороший аппетит и крепкие желудки юной поросли.

Раньше, помню по себе, набегавшись по кустам и дворам, участники боевых действий за раз уминали под умиленные взоры мам и бабушек все то, что сердобольные родители наготовили. И все шло в прок. Никто поносами и заворотом кишок не страдал, да и жирдяев особых не было. А нынешние... На иного посмотришь, страшно становится - пончик, колыхающийся при каждом шаге, глаза которого ничего не выражают.

Не удивительно, что нынешние дети мечтают не о том, чтобы стать героями или отважными товароведами, они мечтают о том, чтобы в животе не было вздутия, несварения, урагана, метеоризма, запора и диареи. Таков наш век, что даже у племени младого отнял игрушечный пулемет, всучив огромный шаробразный леденец на пластиковой палочке, содержащий внутри в качестве бонуса химический бубль-гум. Поистине, в страшные времена живем!

Толи дело в наше время. Живо помню, как мне однажды попала картинка, живолисующая быт наших далеких предков. На первом плане неведомый мастер изобразил двух мужичков с окладистыми бородами в меховых безрукавках, что бодро несли на перекладине привязанную за ноги убиенную на охоте косулю В руках у мужичка, что шел первым, бы каменный топор. Этим живописец показывал как орудие охоты, так и намекал на особливую могутность данного мужика в беге - догнать косулю и тюкнуть ее на бегу топором по голове не всякий олимпийский олимпийский чемпион может. А тут вот он, скромный герой глубокой античности, что каждый день носится по лугам и полям ради прокорма себя и домочадцев, не требуя себе не то что золотой медали, а даже лаврового венка. Какой там лавр, жена не попалит добычу на костре, и уже хорошо, а уж коли лебедой посыпет, да подаст корешков, что накопала за день, так и совсем хорошо - в корешках сила!

Но больше всего меня пленял вождь, что важно стоял на высокой кочке, озирая окрестности строгим, я бы даже сказал, суровым взглядом. Его великолепная борода развевалась на ветру, открывая вид на великолепную щетину, что кустилась на его мужественной груди. Помимо щетины, грудь отважного вождя украшало шикарное ожерелье из клыков саблезубого тигра. В правой руке у него была палица из берцовой кости мамонта, а в левой он небрежно держал за уши зайца, несомненно, забитого этой самой палицей. Если честно, я одно время мечтал стать этим вождем, чтобы бегать за зайцами по лесу и забивать их гигантской палицей. Такое влияние оказала на меня картина анонимного живописца.

Но вскоре все переменилось, и мечты о вождизме сменились более прогрессивными вожделениями. Я мнил себя академиком неким, что посылает научные экспедиции в неизведанные глубины космоса. Тысячи раз пред моим внутренним взором вставала такая картина: зал ЦУПа, идет сеанс связи с экспедицией, посланной в созвездие Лебедя. Беседуем с руководителем экспедиции профессором Почечуевым. Он сообщает о проделанных наблюдениях и экспериментах, показывает с гордостью нимфазорию, что уже выросла до размеров крысы... И тут, внезапно, раздается дикий скрежет, вопли, а потом взрыв. Изображение на экране гаснет. А спустя время в эфире раздается еле слышный неровный голос:

- ЦУП, ответьте...

Пытаемся выйти на связь, но связи нет. И только голос из глубин космоса продолжает шептать:

- ЦУП, ответьте...

Не теряя присутствия духа даю команду:

- Телеметрия!

Встаю из-за пульта и иду к огромному панорамному окну, остекленному одним куском стеклоподобной стальной брони. Приносят телеметрию - широкий рулон перфорированной бумаги. Лихорадочно кручу рулон, смотрю и роняю его на пол. Поднимаю голову и смотрю в звездное небо, туда, откуда несется к нам неровный шепот: "ЦУП, ответьте..." Скупая мужская слеза катится по моей щеке, и что-то сдавливает дыхание. Собрав волю в кулак и подавив эмоции говорю бесстрастно:

- Мы их потеряли.

А спустя мгновение бросаю сухо:

- Готовьте к старту экспедицию профессора Чулымского - человечество не имеет права ни на секунду оставлять исследования космоса.

Срываю с себя белый халат и широким шагом ухожу из ЦУПа, краем глаза видя, как рыдает севшая на корточки юная аспирантка.

Выйдя из здания, широко вдыхаю свежий воздух, наполненный пьянящим ароматом луговых трав и недалекого леса. Вдыхаю и иду домой, где ждет меня супруга, дети, котлета из зайца, что я сам подстрелил в лесу накануне, палица из берцовой кости мамонта, что в прошлом году подарил мне одноклассник-археолог. Иду, а пропахшие межгалактической пылью космолетчики в шлемах с похожими на рога антеннами, крутящимися радарами и разноцветными мигающими огоньками отдают мне честь.

Такие мечты были у нас, богатырские, прямо скажем, мечты, не то, что у нынешнего племени.
Tags: Думы, Записки на манжетах
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 13 comments